Трудно отрицать, что демографическая катастрофа русского народа (по оценкам экспертов, с 1985 года русских стало меньше на 10 миллионов человек) стала реальностью. Последствия этой катастрофы выглядят угрожающе – в 2050 году русские будут составлять лишь 55-60% населения Российской Федерации. Поскольку русские – государствообразующая нация, изменение пропорций в национальном составе страны создает вполне реалистичные предпосылки для распада России.

Экономические и военно-стратегические последствия тоже понятны. Когда нынешнее поколение молодых людей состарится, оно не сможет рассчитывать даже на самое мизерное пенсионное обеспечение (количество работающих будет намного меньше количества пенсионеров) и защиту от внешней угрозы (армия будет маленькой, и служить в ней будут в основном мусульмане – по оценкам экспертов, уже в 2030 году русские будут составлять менее 50% рядового и сержантского состава в Вооруженных силах).

Итак, проблема демографии – это проблема будущего страны. И, увы, проблема, преимущественно для русских людей. Рождаемость на Кавказе по-прежнему высока, и даже наши соседи – татары поддерживают минимальный показатель естественного прироста (чуть больше, чем два ребенка на среднестатистическую семью). И только мы, русские, и культурно близкие к нам народы (мордва, удмурты, коми) продолжаем вымирать.

Всякий раз, когда начинается разговор о проблемах демографии, его участники предлагают стандартный набор рецептов: повышение детских пособий, поддержка молодых семей через специализированные ипотечные программы, налоговые льготы для многодетных семей и т.п. Ни один нормальный человек не будет с этим спорить. (Хотя представители либеральной экономической школы будут спорить и с этим – например, они укажут на то, что последние год-два показатели рождаемости несколько увеличились. Однако, с точки зрения демографов, это тенденция связана с вступлением в репродуктивный возраст молодых людей, родившихся в годы последнего на нашей памяти бэби-бума, пришедшегося на последние годы «эпохи развитого социализма»).

Всякому здравомыслящему человеку ясно, что найти выход демографической проблемы в отрыве от всех остальных проблем стоящих перед страной (и прежде всего социально-экономических), невозможно. Однако, во-первых, наши политический реалии таковы, что сегодня у нас нет оснований надеяться на резкий рост уровня благосостояния в краткосрочной и среднесрочной перспективе. А во-вторых, проблема демографии носит не только социально-экономический, но и социально-психологический характер. Известно, что развитых странах рождаемость падает, а в третьем мире – растет. Однако растет она (хотя и не так, как в третьем мире) и в США, причем не только за счет латино- и афроамериканцев, но белого населения страны. Значит, вопрос о бедности и богатстве лишь опосредованно определяет демографические показатели.

Попробуем проанализировать, что происходит у нас. Среди причин падения рождаемости называют общее ухудшение экономической ситуации в стране, и мы не будем с этим спорить. В 90-е годы именно жизнь на грани черты бедности была главным фактором, влиявшим на демографию. Сейчас, однако, значительная часть населения, находящегося в репродуктивном возрасте, из состояния тупиковой и беспросветной нищеты все-таки вышла. Однако появились и новые проблемы, характерные уже для первого десятилетия двадцать первого века.

Во-первых, обществу (особенно женщинам, как самой восприимчивой его части) успели навязать стандарты потребления, принятые «золотым миллиардом». И надо понимать, что даже если произойдет чудо, и каждый гражданин будет жить, как благополучный житель Москвы и Петербурга в последние годы правления Брежнева , скачкообразного роста рождаемости не произойдет.

Во-вторых, именно в период стабилизации (1999-2004 гг.) была окончательно разрушена оставшаяся в наследство от советских времен инфраструктура яслей и детских садов. Вместо квалифицированных специалистов (часть которых, с появлением у нас какого-то подобия мидл-класса стала работать по частному найму) в детских садах работают сегодня случайные люди, общение с которыми зачастую просто опасно для детей. Сегодня в детских садах работает довольно странный контингент людей, которых в нормальной ситуации вообще следовало бы держать подальше от детей . Случаи, когда «воспитатели» нецензурно ругают или бьют детей, перестали быть чем-то экстраординарным.

В-третьих, с конца 90-х годов на арену вышло новое поколение потенциальных бабушек, молодость которых пришлась на эпоху конец 60-х – начало 70-х годов. Это, по сути дела, первое поколение «современных» (по западным меркам) дам, многие из которых сегодня абсолютно не готовы брать на себя функции няни и домохозяйки, высвобождая своих работающих дочерей. Таким образом, «институт бабушек», который традиционно играл огромную роль в нашей семье, постепенно отходит в прошлое.

Таким образом, важно иметь в виду, что сегодня в России рождается мало детей не только потому, что их нечем кормить (эта проблема реальна лишь для абсолютного меньшинства семей), или не позволяют жилищные условия (стандарт обеспеченности «квадратными метрами» в последние полвека постоянно менялся, и сейчас для разных людей различен).

Для того, чтобы решить эту проблемы, нужны нестандартные решения. Ибо мы должны отдавать себе отчет в том, что в ближайшее время не предвидится ни резкое повышение уровня жизни населения (как это было при Хрущеве, когда десятки миллионов семей переехали из коммуналок в отдельные квартиры), ни радикального поворота в сторону ценностей патриархальной традиционной семьи. А время уходит, и проблему решать нужно.

Каковы наши предложения в этой ситуации?

Думается, нужно разделить меры на два типа: одни можно было бы, в принципе, реализовать в нынешней политической ситуации – как силами либерального по своей природе государства, так и силами структур гражданского общества, например, православных и консервативно настроенных предпринимателей. Другие меры могут быть осуществлены лишь государством идеократического типа.

К первой группе мер могут быть отнесены следующие: поощрения (через ипотечный кредит, например) ранних браков (если у супружеской пары первый ребенок родится в 20 лет, то есть шанс, что в 30 они родят второго). Важно, чтобы в пропаганду ранних браков включилась Церковь (тем более, что эта позиция еще 17 веков тому назад было подробно обоснована св. Иоанном Златоустом).

Далее, равноправие мужчины и женщины предполагает и равенство обязанностей. Думается, что в 18-20 лет женщины в обязательном порядке должны быть призваны к прохождению АГС в детских садах, роддомах и т.д.

В третьих, государство имеет все возможности вкладывать деньги в инфраструктуры детских дошкольных учреждений (ясли, детские сады, оказывать реальную поддержку семейным детским домам) – и должно это сделать.

В-четвертых, аборты должны быть запрещены по всем показателям, кроме медицинских, на любом сроке. В этой связи важно отметить, что меры Дж. Буша младшего по ограничению абортов – это, пожалуй, самое лучшее, что сделал этот политик за время своего пребывания у власти. В России же тема «защиты жизни» пока что является откровенно маргинальной, и ее нравственный аспект вообще осознается лишь воцерковленной аудиторией. Задача православной интеллигенции – сделать ее хотя бы дискуссионной в светских СМИ и образовательных учреждениях.